Страх — это оружие

Катунский горный хребет поражал Бремера своей дикостью и красотой. Бесконечные пустые пространства России европейцу принять было сложно, Гансу казалось, что за следующим поворотом реки непременно покажется деревушка или небольшая мануфактура. Но ничто не тревожило первозданную природу Сибири. За время похода им навстречу попался всего один отряд туристов из пяти человек. Бремер начал понимать, почему убитый на грузовой пристани неизвестный запросил эвакуацию у агентства.
В течение полугода инспектор искал ниточки, которые смогли бы привести его к разгадке странной истории. Он выяснил, что человек, который являлся объектом покушения, устранил исполнителя и заказчика, после чего бесследно исчез. Личность его была установлена по отпечаткам — мужчина, которого выбросили с балкона собственной квартиры, был врачом. Его звали Гектором Хронвеком. Он был рождён в России, но уже давно получил немецкое гражданство, переехав в Германию после окончания ординатуры. Там он быстро подтвердил квалификацию и стал работать в пригородном госпитале. Последние годы Хронвек занимался частной практикой, прекрасно зарабатывал, и все было понятно, кроме одного — врач погиб в автокатастрофе три с половиной года назад. Тело не обнаружили — спустя двое суток практически полностью разрушенный автомобиль нашли на дне ущелья в Альпах, куда он свалился после столкновения с другой машиной, протаранив ограждение. По дну разлома текла горная речка, кроссовер упал прямо в нее. Полицейские предположили, что тело унесло течением, однако попытки его отыскать ни к чему не привели.
Странности на этом не кончались. Бремер уговорил своего коллегу Грубера и начальника управления передать ему дело полностью и узнал, что Хронвек посещал свой дом не чаще двух раз в год, пополняя счета. Он покупал одежду, пищу и гаджеты, книги. Ничего особенного. За ним не числилось никаких нарушений, он не был вовлечён в политику, а когда Бремер попросил помощи у знакомых из секретного ведомства, ему ответили, что впервые о таком слышат. Оставалась единственная зацепка — зажигалка.
Если бы не случай, Гансу ни за что не удалось бы выйти на агентство. Но он уже видел однажды такую вещицу и поэтому приложил все усилия к тому, чтобы найти тех, кому она принадлежала.
Ничего особенного в этой зажигалке не было. Её нашли на теле заказчика покушения на доктора, однако инспектору удалось обнаружить скрытый в ней листок для записи. В нем убийца написал, что засветился, и уходит на дно. Семь лет назад Бремер видел такую же у человека, погибшего в перестрелке с полицией — одна из пуль разбила безделушку, и спрятанный листок стал виден. На нем было написано: «Объект ликвидирован».
Почти три месяца ушло у инспектора на то, чтобы добиться у своих армейских знакомых, которые теперь работали на правительство в секретной службе, ответа на вопрос — что такое «агентство»? Один из них, Макс Баксон, был много чего должен Гансу, и в числе этих долгов числилась также его жизнь. Баксон рассказал, что они уже давно знают о существовании агентства и даже иногда пользуются его услугами. В этой организации работали профессионалы; они не пользовались интернетом и передавали информацию друг другу любыми другими способами, вплоть до голубиной почты. Баксон сказал, что если Бремер согласится, они могут выкупить у агентства сведения о заказчике — в данном случае их обязательства перед ним закрыты, и организация предоставит сведения за определенную сумму.
Изрядно уменьшив свой счёт, на котором годами копились деньги на отпуск, который так и не наступил, инспектор получил от Макса исчерпывающую информацию. Неизвестный позвонил им больше чем за полгода до покушения. Он использовал секретный номер и назвал кодовое слово. Попросил эвакуацию из самого центра Южно-Сибирской тайги, сразу после встречи передал вознаграждение золотом и назвал точные характеристики цели. Его перебросили в Мюнхен, где он поселился на окраине города, и после этого агентство перешло в режим ожидания, установив слежку за домом Хронвека. Имя исполнителя они не назвали, но это было не важно — нажать на курок мог любой, тем более, что теперь он был мертв. Согласно протоколу, сразу после покушения киллер звонил в агентство и получал дальнейшие инструкции. Его отправили на встречу с заказчиком. Специальная группа тем временем изъяла из квартиры напротив, оборудованной камерой-обскурой, аппаратуру для записи и перебросила в точку, из которой забирали заказчика — место, расположенное в области Катунского Хребта в Сибири. Согласно контракту, после покушения человека с пристани должны были отвезти туда же. Бремер отметил, что контракт предусматривал ситуацию, в которой заказчик погибает — это говорило о том, что материалы с места нападения на Хронвека нужны были кому-то ещё.
Инспектор взял отпуск, чем несказанно удивил начальника управления, который несколько лет безуспешно пытался уговорить Ганса немного развеяться и использовать заслуженные честным трудом положенные дни. Инспектор нашел туристическое агентство, которое занималось путешествиями по России, подобрал тур и отправился в самое сердце страны — на Алтай.

***

В лесу было тихо и прохладно. Сквозь зелёную листву пробивались косые солнечные лучи, на них танцевали пылинки. Пахло корой, родниками, мускусом лигура, который приходил утром. Лигуры плохо соображают, но все равно иногда приятно с ними поболтать. Маленький народец любит хорошие разговоры. Братья и сестры Лесополя готовы ради хорошего разговора полдня гнуть спину, поправляя кривые заборы крестьян, но Лесополь не такой. Лесополю не навешать на уши водорослей, он знает этих болтливых крестьянок, видит их насквозь. Все они жадные и мелочные, и если что случится — помощи от них не жди. Никто не помогал нам, когда солдаты забирали маленький народец.
Лесополь вздохнул. Его сломанная нога давно срослась, но всё ещё побаливала. Только Хранитель их защищает. Он перебил всех, кто приходил в этот лес ради наживы. Один из Рогатых Демонов недавно прошел здесь. Хранитель вызвал троих, чтобы они охраняли границы ото всех, кому взбредет в голову причинить маленькому народцу вред. Лесополь видел второго, он тоже был очень страшный — только не красный, а темно-зеленый. Третьего видели Свистолист и Полевичка, когда играли в кто-будет-сверху на берегу речки. Они говорили, что он ходит тихо, как мышка, и локти с коленями у него острые, словно колотая слюда. А ещё у него зубы на языке растут, а под кожей будто кто-то ползает.
Лесополь Рогатых Демонов не боялся, они маленький народец не трогали. Они даже обычных путников не трогали, прятались за деревьями и оттуда следили голодными глазами. Они хорошо слушаются Хранителя. А вот наемники, которые прознали про фикси — тем не везло. Их сразу же съедали.
Зелёный человечек встал и отправился собирать орешки, которые просыпались из семенных коробочек тыоки-оки. Если их правильно высушить на солнце, получится очень вкусно. Он сел на корточки и принялся ловкими пальцами выуживать из травы ярко-желтые горошины. Лесополь складывал их в свою сумку, сотканную из лигурьей шерсти — лигуры ее меняли на еду во время линьки. Бедняга так увлекся, что не заметил, как из-за деревьев показался отряд вооруженных людей. Когда он поднял голову, те были уже совсем близко, и малышу только и оставалось, что замереть в высокой траве, надеясь, что его не заметят.

Первым шел маг. У него был посох и мешочки на поясе, и он не носил доспеха. За ним шли два воина с оружием, а следом…
Фикси широко раскрыл глаза от ужаса. Два ужасных гунгуана, закованных в цепи, крались на полусогнутых задних конечностях, плотоядно озираясь. Лесополь не мог придумать ни одной причины, которая была бы достойна того, чтобы таскать за собой такую мерзкую тварь, а тем более двух. Замыкал отряд ещё один волшебник.
Гунгуан был полуразумен, как и лигур, вот только лигуры были миролюбивы и добродушны, и питались растениями, а гунгуан ел мясо, причем предпочитал пожирать добычу живьём, удерживая ее своим ужасным парализующим взглядом. В отличие от людей, фикси знали, что зрение у гунгуанов обычное, если не считать того, что они отлично видят в темноте и под водой, а жертву хищники парализуют с помощью своей воли, используя удивительные способности мозга. Гунгуаны убивали все, что видели. Они не были частью этого мира, как и лигуры, и уже давно все забыли, откуда и те, и другие появились. Замерев в своем укрытии, Лесополь смотрел на проходящий мимо отряд, надеясь, что они покинут лес как можно быстрее. Одного гунгуана было достаточно для того, чтобы опустошить все вокруг на многие мили, а двух…
Эти чудовища были очень быстрые, бесшумные, ловкие и сильные. Единственная причина, по которой они не сожрали все живое в этом мире заключалась в том, что гунгуаны жили на островах далеко в море, где питались в основном рыбой и несчастными, которым угораздило высадиться на опасных берегах. Из черепов этих моряков гунгуаны делали пирамиды, расставляя их на скалах. Договориться с ними было невозможно, удрать от них тоже было нельзя — твари шли по следу куда лучше любой собаки. Поэтому Лесополь не слишком удивился, когда один из них повернул узкую голову, покрытую жёсткой щетиной, и посмотрел прямо ему в глаза. Фикси почти перестал дышать — он почувствовал на себе липкое прикосновение воли чудовища, его руки и ноги онемели. Гунгуан был во власти людей, но при этом не оставлял попыток сожрать каждого, до кого мог дотянуться.

Человечек не мог повернуть головы, поэтому не увидел, кому принадлежит оглушительный рев, раздавшийся за его спиной. Однако, вскоре его обладатель появился в поле зрения, огромными шагами приближаясь к отряду путешественников. Лесополь понял: демон почувствовал, что фикси пытаются причинить вред, и сразу атаковал. Маги вскинули руки, воины схватились за мечи.
Один маг.
Один маг вскинул руки, пытаясь сотворить заклинание, потому что голова второго уже отделилась от тела и отправилась в полет — Красный Рогатый Демон добрался до него и теперь разворачивался к солдатам, которые уже выхватили оружие. Его рука с огромными когтями поднялась, чтобы разорвать следующую жертву и замерла в воздухе.
Гунгуаны смотрели на красного монстра, а на их мерзких мордах появилось отвратительное подобие улыбок. Один солдат справился с испугом и с криком ударил демона мечом. Лесополь почувствовал, что снова может двигаться. Сзади раздался крик, переходящий в свист, и из леса выскочил Зелёный Рогатый Демон. Он был длинный, поджарый, покрытый маслянистыми изогнутыми шипами. В два прыжка он одолел расстояние, отделяющее его от солдат, и расшвырял их серией ударов. Его когти продрали воинам кирасы, нанеся фатальные повреждения. Один из гунгуанов переключился на нового врага, и Зелёный Рогатый Демон замер рядом с Красным. Оставшийся в живых маг в панике пытался принять верное решение; наконец, он вытянул вперёд руку и громко что-то крикнул. Оковы одного из плененных чудовищ распались, и оно тут же бросилось на неподвижного Красного Рогатого Демона, отрывая от него куски мяса. Волшебник тем временем снова крикнул и вытянул обе руки, заставив потоком гравитации цепи взлететь и сомкнуться на зелёных руках и ногах второго демона.

Третьего — Серого Рогатого Демона, первым заметил фикси, потому, что тот прятался не от Лесополя, а от людей, зайдя к магу со спины. Однако волшебник каким-то чудом его почувствовал и бросился вперёд, прикрываясь скованным Зелёным Демоном и вторым, заключенным в цепи, гунгуаном. Он что-то крикнул своему пленнику, и существо повернулось к новому противнику. Зелёный Рогатый Демон пошевелился, но оковы держали крепко, и он упал на землю, оступившись.
Второй гунгуан почувствовал неладное и бросил свою жертву, придя на помощь родичу. Серый Рогатый Демон приближался, несмотря на все усилия островных тварей — он не боялся их прикосновений. Волшебник это понял первым: он дёрнул поводок, прикрепленный к ошейнику связанного гунгуана, и бросился бежать, бросив второго в надежде, что он задержит монстров. Красный Рогатый Демон пытался подняться с земли, но страшные раны мешали ему это сделать. Гунгуан прыгнул на последнего противника, они сцепились и покатились по траве. Маг торопливо удалялся от схватки, таща за собой пленную тварь.

***

Группа туристов делала по три привала в день, медленно продвигаясь к своей цели — горе Акатак. Катунская гряда не отличалась гостеприимством, пересеченная местность выматывала, но потрясающей красоты природа короткого, но жаркого сибирского лета могла компенсировать любые неудобства, включая мошкару. Бремер получал огромное удовольствие от путешествия. Глубокие, кристально чистые озера встречались у них на пути, бескрайних густые леса удивляли разнообразием флоры. Небо было такое синее и глубокое, что у видавшего виды полицейского подступал ком к горлу. Всё-таки он слишком сильно увлекается своей работой. Уже полжизни за плечами, а он не видел толком ничего прекрасного. В жизни инспектора убойного отдела много грязи и крови и так мало чудес…
Отряд был уже в трёх остановках от точки, которую отметили в агентстве. Группа туристов направлялась в лагерь у подножия горы, а координата находилась ближе к ее вершине. Инспектор решил держаться с остальными — нужно было отдохнуть и выспаться. Утром он отправится наверх, зная, куда возвращаться.
Дорога пошла под уклон, и проводник объявил остановку. Скинув тяжёлый рюкзак, Бремер распрямил уставшие плечи и с наслаждением уселся у корней старого кедра. Молодежь суетилась, открывая консервы, а полицейский прикрыл глаза и стал слушать, как шумят хвойные кроны древних исполинов. На него накатывала дремота.
Приятный мужской голос вытянул Ганса из подступавшего сна.
— Хорошее место для стоянки.
Бремер открыл один глаз и увидел темноволосого мужчину крепкого телосложения. Он сидел рядом с ним на земле и веточкой рисовал в пыли какие-то знаки. Инспектор не понял, что говорит собеседник и ответил по-немецки. Тот обрадовался, широко улыбнувшись, и сказал без акцента:
— Ich sage, es ist wunderschön hier.
Полицейский кивнул.
— Да, да. Очень красиво.
Мужчина сказал:
— Вы идете на берег Заячьего озера?
Ганс ответил не сразу. Он все пытался понять, кого же ему напоминает собеседник. Профессиональная память на лица не подвела старого сыщика, а железная выдержка ничем не выдала волнения, когда он произнес:
— Это наш конечный маршрут. Будем там к вечеру.
Бремер пробежал взглядом по его одежде. Качественная кожаная куртка, крепкие джинсы классического кроя, замшевые ботинки с кевларовыми шнурками. Никакого оружия под одеждой. Аккуратен, выбрит, волосы стрижет коротко, но не слишком. Держится прямо, в нем чувствуется самоконтроль. Было ощущение, что он кого-то ищет или ждёт… Нет, скорее преследует. Лёгкое напряжение выдавало с виду расслабленного туриста, он смотрел чуть вбок, расслабив зрачок, чтобы увеличить угол зрения. Инспектор подобрался, с трудом подавив в себе желание оглянуться назад. Собеседник, похоже, заметил это и вдруг зевнул, усевшись по-турецки.
— Как приятно встретить тут соотечественника. Рад знакомству. Меня зовут Гектор Хронвек.

***

Призрачный Замок вот-вот должен был сменить полярность. Хранитель заглянул на кухню, взял у леди Жуады корзину с гостинцами для фикси и открыл План Пути. Нужно перед переходом проверить лес, растущий у подножия низкой горы Демонов. После инцидента с соседским бароном набеги на земли Замка прекратились, но слухи о населяющих леса дорогостоящих фикси уже разлетелись, привлекая редких и, как неизбежность, безмозглых авантюристов. Хронвек вызвал из бездны трёх Рогатых Демонов — своего любимого красного Ужаса, зелёного Потрошителя и, на всякий случай, серого Кромсателя. Они прекрасно справлялись с возложенной на них задачей, пожрав больше десяти отчаянных любителей лёгких денег, за что были очень благодарны магу. В бездне Рогатые Демоны могли пожирать только друг друга, а это обычно оканчивалось крайне плачевно для обеих сторон. Природная кровожадность этих существ была управляема, с ними можно было договориться, заключить взаимовыгодную сделку. Но получалось это только у Гектора. Даже Стурастан, вызывая рогатых существ из бездны, подчинял их с помощью боли и угроз, и Хронвек видел, что учитель сам боится тех, кого пожелал увидеть. На уроках вызова Хранитель быстро понял, что Рогатые Демоны настолько умны, насколько и ужасны. Их система ценностей отличалась от человеческой или эльфийской, они говорили на языке силы и более всего ценили возможность отнять жизнь у разумного существа. Однако Хронвек полностью контролировал каждого из них и мог в любой момент отправить назад, лишив возможности убивать. Поэтому Рогатые Демоны соблюдали все устные договорённости с Хранителем и уважали его за силу и непреклонность.
Гектор нашел в Плане Пути поляну возле водопада и шагнул туда. План втянул его и выбросил в лес, который обрушился на Гектора свежестью, ароматами цветов и шумом падающей воды. Пели птицы, в траве трещали цикады. Хронвек оглянулся и увидел, что к нему летит Старший Брат. Он был теперь один на весь лес, чудом уцелев во время бойни у реки — крылатый человечек искал в пещерах грибы-теневики и не знал, что его родичи погибают от рук наёмников. Гектор приветствовал его взмахом руки.
— Хранитель Хронвек! Младший Брат Лесополь, которого ты спас от смерти на восточной поляне, хочет говорить с тобой!
Маг поставил корзину на траву и открыл ее. Внутри лежал свежий хлеб, печёные орехи, сладкие сушеные фрукты и сыр. Старший Брат сразу же забрался в нее и принялся перебирать содержимое. Из высокой травы выбежал давний знакомый Гектора — фикси, которого чуть не убил этот идиот, Меченый. Впрочем, он получил по заслугам.
Хронвек только недавно научился различать маленьких зелёных человечков между собой. Он прищурился, желая убедиться, что это тот самый фикси.
— Привет тебе, Лесополь. Что ты хотел сказать Хранителю?
Фикси затараторил с такой скоростью, что Гектор не понял ровным счётом ничего. Терпеливо дождавшись, когда тот закончит, Хронвек попросил Старшего Брата объяснить, что пытается сказать его подопечный. Тот пошелестел стрекозиными крыльями и стал объяснять, одновременно угощая сыром Лесополя, который не на шутку разволновался от своего рассказа.
Гектор узнал, что произошло на западной границе. Времени до смены полярности оставалось совсем немного, он взял фикси на руки и переместился к месту схватки.
Красный Рогатый Демон сидел, свирепо мотая головой из стороны в сторону. Лесополь обработал и перевязал его раны, кровь остановилась, но встать чудовище все ещё не могло. Рядом лежал Потрошитель, земля вокруг него была изрыта — он пытался освободиться от Браслета Накоты, отчего цепи укоротились до минимума, стянув Зелёного Демона в яростно ревущий ком. Хронвек открыл План Энергий и вытянул из оков все силы, вернув их туда, откуда они появились. Цепи упали, безжизненно брякнув. Затем маг осмотрел Ужаса и пришел к выводу, что его раны хоть и выглядят страшно, но опасными не являются.
Лесополь сказал, что Кромсатель одолел гунгуана не сразу: они долго катились по земле, натыкаясь на стволы деревьев, пока Серый Рогатый Демон не выпустил из-под кожи паразитов, которые пролезли мерзкой твари в глаза и убили ее, пожрав мозг. Гектор предполагал, что Серые живут с этими червями в симбиозе, поскольку иначе никак нельзя было объяснить характер их сосуществования. Хранитель прошел по следу — его сложно было не заметить, и увидел метрового урода, которого Кромсатель не стал расчленять. Это могло означать только одно — Серый Рогатый Демон отправился в погоню за сбежавшим волшебником.

***

Удивительно нахальные белки в лагере на берегу Заячьего озера хватали еду прямо из-под носа, да ещё и недовольно верещали, когда инспектор отгонял их криками. Был тихий и теплый вечер. Туристы пытались ловить рыбу, проводник занимался приготовлениями ко сну, болтая с Хронвеком. Интересно, что же он тут делает? Вполне вероятно, ему нужно то же самое, что и Бремеру. Ещё бы знать, что это.
Ганс искал не предмет и не человека, он искал место. Но, как это часто бывает в расследованиях убийств, ищешь одно, а находишь совершенно другое. Полицейский меньше всего ожидал встретить тут Гектора.
Проводник развел костер и стал запекать над огнем сосиски, нанизанные на металлические шампура. Хронвек куда-то делся. Молодые люди на берегу почуяли запах горячей еды и побросали удочки. По хитрому взгляду руководителя похода немец понял, что иной реакции тот и не ожидал. Все уселись у костра, появилась выпивка и гитара, завязался неторопливый разговор. Когда солнце совсем скрылось за горами, а долина погрузилась в сумрак, проводник сказал:
— Я обещал по дороге рассказать одну историю о Заячьем озере.
Туристы закивали головами, гитара замолчала. Рассказчик поправил дрова в костре и начал.

У этого озера есть легенда.
Давным-давно тут жил бессмертный отшельник. Он жил высоко на горе в хижине, и размышлял. К нему приходили местные жители из ближайших поселений, он лечил их или давал советы. Многие поколения он провел здесь, и каждое утро сидел на берегу, чтобы увидеть мираж. Он и вправду появляется на вершине Акатака, но чтобы его увидеть, нужно встать пораньше.
Из-за спины инспектора раздался голос Хронвека:
— Это потому, что в утренние часы нервная система работает лучше всего, и человек может заметить то, на что не обратит внимание в другое время суток.
Рассказчик пожал плечами:
— Мираж как раз и не является тем, что можно заметить. Это обман зрения.
Гектор ухмыльнулся и ответил:
— А может, это не мираж.
— Может, и так.
Бремер повернулся к доктору.
— О чем вы с ним говорили?
— Виктор рассказывал легенду об отшельнике, который жил тут раньше и каждое утро смотрел на гору, чтобы увидеть мираж. Я просто поддержал разговор.
— Понятно.
Одна девушка спросила, что стало с мудрецом, и проводник ответил:
— С годами он озлобился на людей, перестал помогать крестьянам, и они решили, что старик — злобный колдун. Люди сожгли его хижину, а самого ведуна утопили в Заячьем озере. И теперь он каждый год забирает хотя бы одну жизнь: утаскивает неосторожных рыбаков под воду.
Хронвек устроился рядом с Бремером и проворчал:
— Очень своевременная легенда, особенно если не хочешь, чтобы на маршруте кто-нибудь полез купаться и утонул.
Инспектор ухмыльнулся. Этот Хронвек ему однозначно нравился, но его роль в расследовании была неясна. Туристы ещё немного посидели у огня и стали расходиться — переход был трудным, и все устали. Инспектор забрался в старый спальный мешок, который хранил со времён службы в армии, накинул на голову куртку, чтобы не грызли комары, и закрыл глаза. Палаток он не любил, там было душно и влажно, а свежий лесной воздух был полезен и приятно пах ночными ароматами хвойного бора.

Он проснулся от женского смеха.
Две туристки решили искупаться голышом, пока все спали — они были навеселе, видимо прикончили бутылку вина в палатке. Одна уже окунулась с головой и теперь смеялась, брызгая прохладной водой вторую красотку. Та стояла, скрестив руки на груди, и никак не решалась нырнуть. Бремер наблюдал за ними со скептицизмом старого полицейского — он не находил ничего веселого в ночном купании, особенно если купальщик пьян, а рельеф дна непредсказуем. Ганс расстегнул молнию спального мешка до уровня пояса, обеспечивая себе маневренность, и замер, ожидая развития событий.
Первая девушка устала подбадривать подругу и поплыла на глубину, иногда оглядываясь назад. Другая так и не решилась войти до конца и осталась стоять, поглаживая крутые бедра мокрыми ладонями.

Когда она закричала, худшие ожидания Бремера оправдались. Он выскочил из мешка и бросился к берегу, до которого было примерно сорок метров. Инспектор бегал быстро, он всегда занимал первые места на стометровке среди сотрудников департамента, поэтому для Ганса стало неожиданностью, когда из-за его спины вылетел Хронвек, с огромной скоростью достиг берега и нырнул в темную воду, практически не подняв брызг. Немец готов был поклясться, что в прыжке он что-то выкрикнул, отчего поверхность воды на миг засветилась зелёным. Полицейский тоже достиг воды и полез в нее, ни на секунду не останавливаясь. Вторая девушка продолжала кричать. Когда Бремер зашёл по грудь, вода недалеко от берега начала бурлить. Затем в этом месте показалась голова, туловище — и вот уже рядом с утопающей вынырнул Гектор, поддерживая ее руками. Он заработал ногами, быстро приближаясь. Меньше чем через минуту инспектор уже схватил несчастную, помогая врачу вытащить ее на берег. Хронвек положил туристку на траву и стал делать искусственное дыхание — это быстро принесло результат: девушка закашлялась и села, с ужасом озираясь по сторонам. А потом с криком схватилась за ногу.
Бремер среагировал мгновенно, бросившись к своему рюкзаку, в котором он предусмотрительно держал полицейский комплект первой помощи. Когда он вернулся, Хронвек без слов схватил пакет и принялся обрабатывать рану на ноге пострадавшей. Она теряла кровь, и если бы не спецнабор инспектора, все могло бы кончиться трагично. Гектор наложил повязку и облегчённо вздохнул.
— Спасибо, герр Бремер. Вы отлично подготовились к путешествию.
Ганс кивнул и спросил:
— Чем она так поранилась? Ее как будто крокодил укусил!
Хронвек посмотрел на него озабоченным взглядом, но ничего не ответил.

***

Следы Хранитель читать умел плохо, но его сопровождал фикси, для которого лесная почва была открытой книгой.
Колдун и его пленник прошли здесь немногим раньше Серого Рогатого Демона. Лес жил своей жизнью, птицы пели, мыши мелькали в траве, стрекозы сновали на полянах. Гектор торопился — до смены полярности оставалось совсем немного времени. Если он хочет переместиться в мир Земли, нужно вернуться в Призрачный Замок раньше. В противном случае ему придется ждать больше шести месяцев в Мирее, пока цикл завершится, и цитадель окажется снова доступна.
Лесополь нырнул в густой кустарник, Хронвек последовал за ним. Продираясь сквозь подлесок, маг чертыхался, снимая с лица налипшую паутину. Наконец, ему это надоело, и он открыл План Энергий, окружив себя гравитационным полем, которое раздвигало ветки и защищало от всякой пакости, сыплющейся за шиворот сверху. Идти стало удобнее, и Гектор смог нагнать зелёного человечка, низкий рост которого позволял фикси перемещаться в кустарнике без каких-либо сложностей.
Неожиданно подлесок закончился, они вышли к отвесной скале, поросшей плющом. Сквозь вьющиеся по камням побеги угадывался вход в пещеру. Лесополь прострекотал что-то, оглянулся на Хронвека и юркнул туда. Хранитель поспешил следом.

В узком проходе было темно, однако фикси сотворил одно из непостижимых заклинаний маленького народца, заставив светиться лишайник, растущий на стенах тоннеля. В тусклом свете Гектор различил очертания устрашающей рогатой фигуры – Кромсатель стоял в проходе, совершенно неподвижный. Когда Хранитель приблизился, демон повернул голову.
— Гарадхат, Хронвек!
Язык существ бездны был единственным, который Гектор освоил безо всяких сложностей. Как говорил Стурастан, у него был талант вызывающего. Гектор кивнул и ответил:
— Гарадхат, Кромсатель. Где колдун?
— Впереди. Он закрыл проход магией.
Хронвек открылся эфиру и почувствовал статичное заклинание. Такое же он наложил когда-то на двери в спальню барона Крыцало — эфир делал воздух упругим, отталкивая любого, кто пытался пройти сквозь преграду. Особенность этого колдовства была в том, что накладывать его нужно было на неодушевлённые предметы — упругим воздухом невозможно было дышать, и для защитного кокона он не годился. Гектор нашел точки приложения магии и приступил к их расшифровке — это было непросто, нужно почувствовать колдуна, создавшего заклятие, и скопировать его манеру как можно точнее. Нейтрализацию эфирной магии он как раз сейчас изучал под чутким руководством наставника Стурастана.
Когда, наконец, Хранитель настроился, он почувствовал, что запертый в пещере маг не так-то прост. Упругая воздушная подушка загибалась вверху и поддерживала свод тоннеля, который после ее создания был разрушен ударом Плана Энергий. Если Хронвек уберет заклинание, на него обвалится несколько тонн камня. Гектор усмехнулся.
Приказав демону выйти наружу, Хранитель взял на руки Лесополя и, выбравшись из пещеры, разрядил ловушку — из прохода вылетело облако каменной пыли. До смены полярности оставалось меньше пяти минут. Хронвек приказал Кромсателю:
— Позови остальных. Разберите завал, фикси вам помогут. Гунгуана нужно уничтожить.
— Я смогу убить колдуна?
— Делай с ним что хочешь, демон.
— Благодарю тебя, Хронвек.
Маг открыл План Пути и шагнул в нижний зал центральной башни, где уже собрались остальные — Стурастан всегда пересчитывал подопечных перед сменой полярности. Увидев Гектора, он топнул ногой.
— Что ты так долго! Твоя Дака Кад-Хедарайя вытрясла мне всю душу!
По виду Черной Пантеры нельзя было сказать ничего конкретного — она увлеченно пилила ногти. Во время последнего посещения Земли женщина открыла для себя все прелести мэйк-апа и целыми днями экспериментировала с косметикой. Гектор пожал плечами.
— Рогатые Демоны атаковали отряд магов. Они вели с собой гунгуанов.
— Какого черта им тут понадобилось?
Хронвек нахмурился.
— Это Монарх, я уверен. Он не оставляет попыток меня угробить.
— Особенно после того, как ты спёр его дымчатый кристалл. Ничего, скоро мы до него доберёмся. Камень уже почти растворился.
Существовал только один способ вытрясти информацию из настроенных сонных дымчатых кристаллов — их погружали в раствор едкой воды, которая, по сути, являлась обычной серной кислотой, и ждали полного растворения, после чего пропускали через полученную жидкость эфир, который показывал информацию, запрограммированную во время настройки. Весь процесс занимал порядка трёх с половиной месяцев. Хранитель кивнул.
— Один из магов бежал, прихватив с собой оставшегося в живых гунгуана. Они блокированы в пещере, на выходе их ждёт Кромсатель. Ужаса сильно погрызли, но он оклемается. Зелёный Рогатый Демон поможет Серому, с двумя колдуну точно не справиться.
Учитель озабоченно барабанил пальцами по круглому каменному столу, стоявшему в центре нижнего зала.
— Надеюсь. Меня больше беспокоит хищник, которого он приволок с собой. Ты помнишь, на что они способны?
Дака Кад-Хедарайя заметила:
— Хороший гунгуан — мертвый гунгуан.
Стурастан кивнул, соглашаясь. Один из редких случаев, когда он не спорил с Черной Пантерой.
— В любом случае, теперь мы ничего не можем сделать.
Он посмотрел на стеклянную полусферу со стрелками в центре стола.
— Полярность поменялась. Добро пожаловать на Землю.

***

Остаток ночи никто не спал.
Туристы возбуждённо обсуждали инцидент, проводник пытался их успокоить. Хронвек снова исчез. Инспектор Бремер поинтересовался у Виктора, что так беспокоит молодежь — парень немного говорил по — английски. Он ответил:
— Все теперь боятся призрака отшельника, который живёт в озере.
— А он там живёт?
Руководитель похода махнул рукой.
— А вы сами как думаете?
Полицейский кивнул с пониманием. Конечно, в этом деле было много странностей, но Бремер был материалистом и не мог позволить себе скатиться до возможности включения в список подозреваемых бесплотного духа сумасшедшего старикашки, который, возможно, даже и не существовал. Скорее всего, кстати, так и было.
Однако на девушку напало какое-то очень зубастое существо. По словам ее подруги, та пошла ко дну внезапно, просто перестав грести, и сразу после этого туристка увидела, как на поверхности показался гребень какой-то огромной рыбы. Тогда она и закричала. Бедро пострадавшей находилось в плачевном состоянии, и хотя Хронвек уверял, что на подвижности конечности повреждения не отразятся, шрамы останутся на всю жизнь.

Ранним утром Бремер сидел на берегу, размышляя. Страсти понемногу улеглись, стало тихо. Солнечные лучи едва коснулись склона горы Акатак, когда синее небо подернулось рябью и прямо из воздуха на вершине появились высокие каменные башни, зубчатые стены с узкими бойницами и крутыми лестницами — перед взором инспектора возник огромный замок. Видение продержалось несколько коротких секунд и пропало, оставив немца озадаченно чесать в затылке, думая над тем, что же за явление он сейчас наблюдал.
Ганс после такого откровения решил прогуляться по окрестностям, чтобы убедиться в том, что он всё ещё находится в этой реальности. Пройдя немного по лесу, он наткнулся на небольшой металлический кунг, возле которого возился Виктор. Полицейский поинтересовался, чем он занимается.
— Я жду своего коллегу. Он должен вести вас дальше через сутки, а я буду ждать группу, которая прибудет с севера, чтобы отвести ее маршрутом, по которому шли мы.
— Какие-то проблемы?
— Нет, все в порядке. Просто летом на озере всегда дежурит один проводник, мы меняемся, чтобы отдыхать. Я вызывал его по рации, он не отвечает. Наверное, оставил ее где-то здесь.
Парень продолжил рыться в снаряжении. Бремер немного постоял рядом, разглядывая разложенные на земле вещи, и задумался. Он чувствовал, что назревает какая-то неприятная ситуация, неясности копились, неизбежно набирая критическую массу. Что-то должно произойти.
Внезапно из-за спины появился Хронвек и поинтересовался, все ли в порядке. Бремер сказал, что пока все тихо, отметив как бы между делом, что третий проводник не выходит на связь. Гектор помрачнел.
— Скажите, Ганс, вы ведь не спали ночью, когда девчонки полезли купаться?
Бремер отрицательно помотал головой. Хронвек спросил:
— Постарайтесь припомнить, вы не заметили ничего необычного?
Полицейский прикрыл глаза и напряг память. Все было довольно банально, вот только… Когда он проснулся, то решил, что его разбудили женские голоса, но это было не так. Сквозь сон он слышал отвратительный смех, похожий на вой. Бремер тогда подумал, что хохот ему приснился, но сейчас уже не был в этом уверен.
— Скажите, Хронвек. Какой зверь в Сибири завывает так, что кажется, будто он издевается над кем-то?
Гектор сузил глаза.
— Издевается?
— Да, смеётся каким-то злорадным воющим загробным смехом.
— Вы это слышали перед тем, как девушки вошли в воду?
Инспектор кивнул. Хронвек совсем помрачнел и буркнул себе под нос:
— Как же он сюда попал?
Бремер сделал вид, что не расслышал, и спросил:
— Ну, так что, вы знаете, кто может так кричать?
Доктор посмотрел куда-то за спину инспектору и ответил:
— Я думаю, нам всем нужно быть осторожнее.
Сказав это, он поспешил к проводнику и стал о чем-то спрашивать его на русском. Перебросившись с ним парой фраз, он окликнул инспектора.
— Вы не видели, куда пошла рыженькая девушка и парень, который вчера играл на гитаре?
Совсем недавно эта парочка отправилась направо вдоль берега, вооружившись корзинами для сбора грибов, но полицейский был уверен, что дары природы их интересовали в последнюю очередь. Когда он рассказал об этом Хронвеку, врач попросил показать ему, где туристы вошли в лес.
Бремер отвёл его туда, где видел их последний раз, и Гектор остановился, растерянно глядя себе под ноги.
— Ничего не понимаю в следах. Надо их найти. Мне кажется, молодым людям угрожает опасность.
— Опасность? С чего вы взяли?
— У меня нюх на такие дела. Давайте просто прогуляемся вдоль берега. Возможно, мы встретим их по дороге.
Ганс кивнул. Он уже нашел следы армейских ботинок с набойками, в которых вчера сидел у костра парень, и теперь просто шел, изредка поглядывая вниз, чтобы убедиться, что грибники никуда не свернули. Хронвек был неразговорчив, он сосредоточенно высматривал за деревьями что-то, слегка подавшись вперёд. Немец сунул руку под куртку и расстегнул кобуру скрытого ношения, в которой лежал травматический пистолет, купленный на русском вокзале. Что-то подсказывало ему, что эта игрушка ничего не изменит когда, наконец, произойдет развязка, к которой они явно приближались. Следы свернули в сторону. Бремер взял за локоть спутника и увлек за собой. Впереди лежал участок молодых сосен, густо укрывавших своей хвоей пространство под высокими кедрами. Мужчины вошли в заросли, осторожно продвигаясь вперёд. Они прошли совсем немного, полицейский раздвинул очередной раз густые зелёные лапы и увидел скрытую от глаз небольшую поляну, которую любовники выбрали, чтобы уединиться. Парень стоял возле березы со спущенными штанами, девушка сидела чуть в стороне и делала слабые попытки ползти задом по мягкому мху, устилающему землю. Она тихонько поскуливала от ужаса. Бремер проследил направление ее взгляда и окаменел — то, что он увидел, не имело права на существование. Оно было безволосое, покрытое редкой ромбовидной чешуей, с острой мордой и треугольными акульими зубами. Длинные полусогнутые тонкие конечности оканчивались белыми когтями на шишковатых пальцах, а глаза смотрели с таким садистским удовольствием, что хотелось закричать.
Инспектор почувствовал толчок в плечо, когда Хронвек, отпихнув немца в сторону, бросился вперед.

***

Благоразумие и Стурастан подсказывали Хранителю, что посещать квартиру в Мюнхене, и вообще светиться на Земле было очень неразумно, пока они не разберутся с Монархом. Гектор, тем не менее, очень соскучился по родине и решил хотя бы прогуляться по окрестностям вокруг замка, тем более, что они были весьма живописны. Он подобающим образом переоделся и отправился на прогулку, переместившись в одно из облюбованных им мест у подножия горы. Погода стояла прекрасная, Хронвек бодро шагал по тропе, которую вытоптали отряды туристов. На гору люди поднимались крайне редко, а вот озеро, находящееся у ее подножия, пользовалось умеренной популярностью. Летом сюда добирались от тридцати до пятидесяти любителей активного отдыха. Тропа шла по удобному маршруту, выбирая пологие участки. Хронвек свернул с нее и поскакал по склону, срезая угол. Он спустился в овраг, образованный лесным ручьем, и остановился, озадаченно рассматривая большого лося, лежащего в его русле. Шкура гиганта была истерзана, видны были большие зияющие раны, обнажающие мышцы и кости. Хранитель часто встречал здесь волков и знал, как они поедают добычу — от жертвы обычно практически ничего не оставалось. Наклонившись, он потрогал тушу рукой — лось был ещё теплый. Машинально продолжая осмотр трупа, Хронвек отметил значительную кровопотерю и с удивлением понял, что горло зверю перегрызли чуть ли не в последнюю очередь. Когда стая атакует, единственный шанс успешно завершить охоту — это свалить исполина на землю, а он ни за что не сделает этого по доброй воле. Все это наводило Гектора на очень неприятные мысли: он совсем недавно видел точь-в-точь такие же раны на красном теле Рогатого Демона. Тот маг с пристани как-то попал из Миреи на Землю, почему бы одной из островных тварей не оказаться в тайге у стен Замка? Хранитель задумался. Монарх решил приготовить ему сюрприз и для этого изловил парочку гунгуанов, самых опасных хищных существ Миреи. Что толку от магии, если маг не способен даже моргнуть? Полуразумные твари могли одолеть даже самых сильных противников, их треугольные акульи зубы выдирали из тела парализованной добычи гигантские куски, когти были острее эльфийского кинжала, а шкуру не брали стрелы. К тому же гунгуаны были коварны и устраивали великолепные засады на своих жертв.
Хронвек очнулся от размышлений, услышав наверху голоса. Одна из туристических групп, как назло, выбрала именно этот день, чтобы посетить Заячье озеро. Он пропустил их мимо, зная, что они устроят привал сразу за оврагом, и догнал путешественников, когда они уже разместились. Поговорив с ними, он приятно удивился, встретив немца. Бремер показался ему приятным и интересным мужчиной, и Хронвек с удовольствием поболтал бы с ним ещё, но рядом, возможно, бродил вечно алчущий плоти гунгуан, и Гектор, честно говоря, не представлял, что будет делать, когда его встретит. Отойдя от места привала в сторону, он открыл План Пути и вернулся в цитадель.

Стурастана он нашел на кухне. Леди Жуада хлопотала вокруг мужа, который с довольным видом поглощал ароматное варево из глубокой миски, заедая его свежим хлебом. Гектор пристроился рядом и, получив такой же набор для устранения голода, набросился на еду. Ополовинив свою порцию, Хранитель сказал:
— Возможно, Монарх послал ещё одну группу гунгуанов сюда. Я нашел в лесу животное с очень характерными ранениями.
Учитель доел хлеб и ответил:
— Их нужно всех перебить. Как можно быстрее.
— Согласен, но если я попаду к ним в засаду?
Стурастан довольно кивнул.
— Вижу, ты внимательно изучил книгу о фауне южных островов. Гунгуаны полуразумны и умеют делать западни, ты прав. И нет от них спасения, если твари подберутся к тебе слишком близко.
Хронвек отставил свою миску, у него вдруг пропал аппетит. В тайге сейчас люди, и если твари действительно пробрались на Землю, им всем конец. Наставник посмотрел на него и ухмыльнулся.
— Но Стурастан не просто так является Наставником Призрачного Замка. Один маг, его звали Лоуран Безумный, пару сотен лет назад вычистил от этой заразы двенадцать островов. Хотел создать там свое маленькое частное государство, и у него бы получилось, если бы он не потерял осторожность. Его убила любовница после того, как он в очередной раз испытал на ней одно из своих великолепных экспериментальных эфирных заклинаний.
Гектор хмыкнул.
— Ты хотел рассказать про гунгуанов.
— Да, само собой. Так вот, он придумал одну штуку, называется — Рыгающий Храбрец.
— Рыгающий Храбрец?
— Именно. Гунгуан использует против жертвы ее страх. Он усиливает его, понимаешь, с помощью своих способностей до сверхъестественных размеров. Поэтому Серый Рогатый Демон и добрался до них — этот вид вообще ничего не боится. Так вот, Лоуран Безумный научился с помощью эфира блокировать свой страх, и так увлекся этим ощущением, что стал применять Рыгающего Храбреца на себя постоянно. Ну, результат ты уже знаешь.
Гектор сказал:
— Да уж, бесстрашие в отношениях с женщиной — не самая лучшая стратегия.
Леди Жуада отвернулась от плиты и заметила:
— Золотые слова, мальчики.
Хранитель добавил:
— А почему Рыгающий?
Стурастан встал из-за стола.
— Его же звали Лоуран Безумный, кто его разберет. Спасибо, моя дорогая, мы с учеником поели и идём постигать новую магию.
С этими словами он отправился в Залы Размышлений. Гектор шел следом, думая о том, какие же ещё приятные эффекты накладывает Рыгающий Храбрец на организм. Наставник явно чего-то не договаривал.

***

Полицейский много чего повидал за свою карьеру. Озверевших от крови сербов, не чувствующих боли, юных жертв наркомании, гниющих заживо в притонах, растерзанные тела солдат после минометного обстрела. Но такого дерьма он в своей жизни ещё не видел.
Весь вид существа говорил о том, что оно родилось на свет, чтобы причинять боль. Монстр не видел Бремера и Хронвека, его внимание было поглощено юными любовниками, которые замерли на месте от ужаса. Отвратительно улыбаясь, чудовище неспеша приближалось на полусогнутых длинных конечностях, явно наслаждаясь страхом попавших в его когтистые руки людей. Неизвестно, сколько бы ещё простоял столбом полицейский, если б не Хронвек. Он отодвинул немца в сторону и выпрыгнул из-за веток на поляну.
От толчка инспектор очнулся и сразу же потянулся к оружию. Гектор в это время принял какую-то чудную позу, сделал руками немного театральный жест в воздухе, будто что-то поглаживая, а затем его жестоко вырвало. Хронвек сплюнул на землю, выпрямился и расслабленным шагом направился прямиком к ужасной твари.
Бремер достал пистолет, прицелился и тут вспомнил, что это гражданское травматическое средство индивидуальной защиты. С такого расстояния из него не пробить даже лист бумаги. Он подобрался, стиснул зубы и тоже вышел из зарослей. Монстр по-прежнему не смотрел в их сторону, продолжая подкрадываться к парню, который замер от страха возле дерева. Хронвек наклонился, поднял с земли ком глины и швырнул его в кошмарное создание, причем попал ему точно в голову.
— Эй, красавчик, я тут!
Долговязая фигура развернулась к нему, пасть раскрылась, верхняя губа сморщилась, обнажив ряд треугольных зубов. Хронвек добавил:
— Твоя мама такая же уродливая, или ты у нее просто не получился?
Инспектор увидел, как существо согнуло задние ноги, готовясь прыгать, и открыл огонь. Хронвек по-прежнему стоял, опустив руки, прямо перед монстром. Не обратив никакого внимания на выстрелы, тот сиганул вперёд, длинным прыжком покрыв расстояние, отделяющее его от Гектора. Бремер видел все, будто в замедленной съёмке — огромные белые когти тянутся к доктору, смертоносная пасть распахнута. В последний момент Хронвек сделал неуловимое движение правой кистью, и ему в ладонь из рукава выскочил короткий черный предмет — он сжал его в руке, и из цилиндра вылетело длинное сверкающее лезвие. Гектор сделал шаг в сторону, когти чудовища схватили пустоту, меч с коротким свистом опустился.
Туша покатилась по мягкому мху и замерла недалеко от Бремера, а Гектор поднял с земли голову, которая продолжала отвратительно скалится, и заметил, будто ничего не случилось:
— Хороший гунгуан — мертвый гунгуан.
После этого он разжал пальцы и сыграл ею в футбол, запустив ногой башку далеко в лес. Бремер почувствовал, что у него трясутся колени. Хронвека снова вырвало.

***

Напуганная парочка тряслась под берёзой, инспектор сидел на земле, пытаясь собраться с мыслями. А Хронвек деловито переворачивал труп, рассматривая невиданного монстра.
— Хмм… У них и правда перламутровые когти. Из них делают украшения, они очень редкие. Конечно, попробуй их достать! Даке Кад-Хедарайе понравится. Герр Бремер, вы позволите мне ненадолго отлучиться? Я скоро вернусь.
Сказав это, доктор вместе с тушей растворился в воздухе. Ганс помотал головой, постучал по ней ладонью. Чертовщина какая-то. Он посмотрел на молодых людей — девушка рыдала, парень обнимал ее трясущимися руками. Они ничего не заметили. Честно говоря, у полицейского было желание к ним присоединиться. Он встал, отряхнулся и отправился искать отрубленную голову. У инспектора не было уверенности, что он ее найдет — и не потому, что она далеко улетела, а потому, что ее и вовсе не было. Он примерно помнил направление и побрел в ту сторону. «Нужно будет показаться полицейскому психиатру, когда приеду» — подумал инспектор и в этот момент увидел серую треугольную башку, покрытую жёсткой щетиной. Он аккуратно поднял единственное свидетельство произошедшего и услышал за спиной голос Хронвека:
— Бросьте вы эту гадость, Ганс. Поверьте, голова гунгуана не представляет никакой ценности.
Инспектор посмотрел на Гектора — тот вел себя, как трехлетний ребенок: он разглядывал отвратительный предмет, беззаботно улыбаясь. Бремер даже не знал, как ему на все это реагировать. Доктор добавил:
— Как думаете, есть тут ещё эти твари? Надо бы их всех перебить, пока они не пожрали еще кого-нибудь.
К следователю вернулся дар речи.
— Еще? Что вы имеете в виду?
— Я про второго проводника. Бедняга. Я сразу понял, куда он делся.
Хронвек продолжал улыбаться. Полицейский спросил:
— Может быть, все не так плохо. Почему вы не сказали про этих тварей?
— Не хотел никого волновать. Бремер, а что вы не спрашиваете, куда я подевался вместе с трупом? Вам совсем не интересно?
Офицер от такого поворота совсем растерялся. У него было множество вопросов к доктору, и с каждой секундой их становилось все больше.
— Интересно.
— Так почему не спрашиваете?
Бремер улыбнулся — дурашливое настроение Гектора было заразно.
— Вы так странно себя ведёте.
— Это все Рыгающий Храбрец.
— Что?!
— Эфирное заклятье бесстрашия. Вот черт, зачем вы напомнили!
Хронвек наклонился, и его стошнило. Вытерев губы, он добавил:
— Полностью убирает страх. И имеет отвратительный побочный эффект! А еще я ни о чем не беспокоюсь и говорю то, что думаю, не заботясь о последствиях. Великолепное ощущение!
Ганс промолчал, совершенно запутавшись. Со стороны могло показаться, что Хронвек тронулся умом. Доктор продолжал:
— Эти гунгуаны пугают свою жертву — ее охватывает страх такой силы, что каменеют все мышцы. Он не ожидал, что я буду двигаться в момент атаки.
— Гунгуаны? — эхом повторил Бремер.
— Они живут на южных островах, в Мирее. Давайте, я вам попозже про них расскажу. Сейчас нужно попробовать найти то место, из которого они лезут. Не представляю, как они все сюда попадают…
Немного поразмыслив, инспектор достал карту с отметкой агентства и протянул ее Гектору. Тот покрутил ее перед глазами и спросил:
— Что это вы мне суете?
Интуиция почти кричала Бремеру, что сейчас нужно идти ва-банк. Он усмехнулся.
— Человек, убитый на пристани в Мюнхене. Организация, которая ответственна за покушение на вас забирала его из этой точки. И сюда же был переброшен видеоотчёт об операции.
Хронвек ничуть не смутился.
— Ого! Я и не догадывался, что вы меня узнали! Вы полицейский или наемник?
— Полицейский.
Гектор почесал в затылке.
— Это хорошо. А вы знаете, что в этом месте?
— Какие-то пещеры. Смотрите, вот фотография.
Доктор покрутил снимки в руках.
— Ладно, давайте-ка проверим, что там.
Он неожиданно приобнял инспектора, и Бремер провалился в какой-то туман, в котором смутно угадывались очертания разных мест — они стремительно проносились мимо, ощущение скорости и полета длилось не больше секунды, а потом они оказались на скале. Справа был обрыв, а слева отвесная стена. В ней темнело отверстие, полого уходящее вниз, в темноту. Хронвек отпустил Ганса и заглянул в пещеру.
— Эге-гей! Гунгуаны, вы тут?
Бремер буркнул:
— Может, не стоит так орать? Откуда нам знать, сколько их там.
— А у вас отличная выдержка. Вам понравился План Пути?
Полицейский заглянул за край обрыва — далеко внизу голубой линзой лежало Заячье озеро.
— Знаете, доктор, на сегодня я уже исчерпал свою способность удивляться. Но спрошу ради приличия — что такое этот ваш План Пути?
— О, это тот туман, в котором все далеко и близко одновременно.
Бремер кивнул. Да, и вправду, так оно и было — далеко, и в то же время близко. Он ответил:
— Необычное ощущение.
Гектор довольно улыбнулся.
— Ну что, посмотрим, что там внутри?
Через секунду он уже очертя голову лез в темноту. Следователь решил не спешить, он сел и стал медленно спускаться по склону, подсвечивая дорогу фонариком, который носил на поясе вместе со швейцарским складным ножом. Спуск занял у него некоторое время, дно оказалось довольно близко. Он встал и, осветив каверну, увидел доктора, который разглядывал что-то на полу. Когда немец подошёл, Хронвек сказал:
— Должен признать, что без вашей помощи я бы никогда не разгадал эту тайну.
— Какую тайну?
Гектор указал на пол. Бремер увидел между камней ошмётки, когда-то бывшие человеком. Он было подумал, что это пропавший проводник, но, присмотревшись, понял, что тело принадлежало другому человеку. Рядом валялся окровавленный тюрбан, на оторванной руке инспектор заметил большие кольца с самоцветами. И обувь — замшевые сапоги с чудными застёжками из меди. Гектор отошёл в сторону, что-то брякнуло. Врач поднял с пола нечто, напоминающее оковы — железные наручники, соединённые цепью со звеньями необычной угловатой ковки.
— Браслеты Накоты. В них гунгуан не может атаковать.
С интересом рассмотрев странное устройство, немец поинтересовался:
— Почему не может?
— Они стягиваются, как только ты пытаешься разорвать цепь. Чем больше брыкаешься, тем короче цепочка. Но даже в этом случае нужно два охранника на одного гунгуана — эти твари не могут парализовать двоих одновременно. Вот почему в отряде было два мага и двое мечников.
— О чем вы, Хронвек?
Гектор стоял, размышляя. После секундной задумчивости он ответил:
— Эти пещеры находятся прямо под замком. Видимо, они перемещаются вместе с ним.
— Что?
Инспектор понял, что его спутник разговаривает сам с собой. Тот продолжал:
— Когда сменилась полярность, магия Браслетов Накоты перестала действовать, гунгуан бросился на мага и убил его. После этого он спустился к озеру, прикончил лося и проводника, а ночью ловко обошел мои гравитационные ловушки вокруг лагеря, напав на девушек из-под воды. Когда я спугнул его в озере, он ненадолго затаился, следя за лагерем, и напал последний раз в подлеске, где я его и прикончил. Что же, значит, больше гунгуанов тут нет.
Ганс Бремер ухмыльнулся.
— Это просто отличные новости.
— Да. И ещё теперь мы знаем, как Монарх попадал из Миреи на Землю. Потрясающе, он же делал это прямо у меня под носом! Кто же он всё-таки такой?
Доктор вдруг о чем-то вспомнил и спросил:
— Скажите, Бремер, а что вам уже известно?
Ганс только покачал головой. По его мнению, Хронвек должен был задать этот вопрос куда раньше.
— Я знаю, что вас пытались убить в Мюнхене, что вы выследили киллера и заказчика, и прикончили обоих. Я выяснил, что заказчик воспользовался услугами частной конторы для организации убийства; мне удалось выкупить у них некоторые сведения.
— Рассказывайте.
— Они забрали заказчика отсюда. И сюда же отвезли видеокамеру с записью покушения. Это все.
Гектор покачал головой.
— Этот Монарх хорошо знаком с миром Земли. Но, благодаря вам, мы скоро припрём его к стенке!
Бремер поднял брови.
— Мы? Вы все время говорите — мы.
— Инспектор, вы приехали сюда как частное лицо в поисках ответов. Не отрицайте, при вас нет табельного оружия, вы стреляли по гунгуану из какой-то пукалки. Это, кстати, было забавно. Скажите, вы хотите завершить расследование или нет?
Ганс кивнул. Несмотря на идиотскую улыбку, Хронвек рассуждал очень трезво, а ещё от него ничего не укрылось. Инспектор ответил:
— Конечно, хочу.
— В таком случае, прошу к нам в гости. Представляю выражение лица Стурастана!
Бремер снова оказался парящим в тумане, а через миг Гектор уже тащил его по гулким залам, облицованным полированным темно-зеленым мрамором. Они свернули в коридор, по нему вышли на улицу, и оказались во дворе, посреди которого стояла высокая каменная башня с зубцами на вершине. Инспектор обвел взглядом стены, за которыми высились башни потоньше, крутые лестницы, барбаканы с тяжёлыми железными воротами, мощеный булыжником двор и сказал:
— Значит, никакой это не мираж.

avatar
  Подписаться  
Уведомление о