Ошибка Июля

Из открытого окна в залу проникал горячий ветер, неся с собой звук шагов тысяч марширующих солдат. Последняя планета в этой системе пала, сдавшись без боя великому императору Юлию. Прокуратор дальнего рукава великой туманности Август Непреклонный отодвинул штору и посмотрел вниз, на площадь Конституции, по которой нескончаемой вереницей следовали легионы армии Кратории, бессмертной и непобедимой. Он довольно ухмыльнулся, и в этот момент почувствовал за спиной чьё-то присутствие. Он сделал незаметное движение средним пальцем правой руки и в ладонь из рукава выпала рукоять плазменной плетки — оружия, которым владели только представители высочайшего сословия империи. Август неторопливо обернулся.
Перед ним стоял сухощавый предатор Константин, недавно назначенный ему в советники после гибели Лавруса Мудрого.
— Советую вам не подкрадываться ко мне сзади, советник. Это может плохо для вас кончиться.
Константин пожал плечами.
— Конечно, Прокуратор.
Август коротко кивнул и вновь повернулся к окну.
— Говорите, зачем вы здесь.
Предатор поклонился спине собеседника и сказал абсолютно нейтральным голосом:
— Нам необходимо обсудить вопрос Рангора.
— Рангора?
— Государство Рангор на южном континенте Металлы.
— Мы захватили Металлу, и марширующие по ней легионы — неоспоримое тому подтверждение. Отныне не может быть никаких обсуждений. Воля Императора — единственная и неоспоримая истина.
Константин слегка поджал губы.
— Государство Рангор имеет независимый статус на планете Металла.
— Что за глупость. Планета с двумя государствами? В любом случае, это ничего не меняет. Они не могут выдвигать империи своих требований, планета захвачена.
— Я ваш советник и прошу выслушать меня, мой прокуратор.
Август, наконец, повернулся к нему лицом.
— Постарайтесь не тратить впустую мое время.
Предатор склонился в почтительном поклоне.
— На Рангор никогда не нападали. Их внешняя политика направлена на устранение внешней угрозы в самом зародыше, коим является инициатор нападения. За две тысячи лет существования Рангора никто не пытался на них напасть. Ни разу. У нас есть очень веские примеры проявления внешней политики Рангора.
Константин замолчал. Прокуратор кивнул.
— Двух будет более чем достаточно.
— Двести лет назад кочевники из системы Аквана напали на Металлу, объявив войну всей планете. Ровно через три часа после этого Бессмертный Наездник Таганум погиб, затоптанный его собственным жеребцом на глазах всего командования флагманского звездолета.
— Дальше.
— Девяноста пять лет назад покоренная Вами Карсанта объявила, что более не желает делить Металлу с Рангором. Решение было принято единогласно советом Парламента, все его тридцать два члена проголосовали за объявление войны соседу. Через два с половиной часа все они погибли — в Капитолий врезался потерявший управление межпланетный транспорт. Самое удивительное — весь персонал в этот момент был вызван в соседнее крыло для прохождения инструктажа по безопасности. Нападение так и не состоялось.
Прокуратор некоторое время расхаживал по огромному залу и эхо его шагов отдавалось от стен, расписанных портретами предыдущих властителей Карсанты. Наконец, он остановился.
— Мы захватили эту планету более двух местных суток назад. Пока я не вижу проявлений внешней политики Рангора.
Советник запахнул полы мантии и вновь поклонился.
— Мы так и не объявили им войну, мой командир.
— Ошибаетесь. Утром Великий Император Юлий направил распоряжение о насаждении власти Империи по всей планете. Это значит, что любые силы, на ней находящиеся, должны подчиниться нашей воле. В противном случае…
— Они будут уничтожены. Да, это объявление войны. Я не знал об этом приказе.
— Это письмо предназначалось только мне.
— Когда вы собираетесь выдвинуть им ультиматум?
— Как раз собирался. Подготовьте все необходимое, через час я сделаю им официальное заявление. Надеюсь, они поступят разумно и сдадутся так же, как и Карсанта. Не хочу с этим затягивать, это расстроит Императора.
Советник ещё раз поклонился и удалился, пятясь. Август вновь подошёл к окну. Легионы продолжали нескончаемой рекой двигаться мимо дворца Парламента. Теперь бывшего Парламента.

***

В коридорах было полно солдат, но все расступались, завидев малиновую полосу на мантии Константина. Советник спешил, изредка переходя на бег — слова «Прокуратор» и «ждёт», расположенные рядом, сулили беду любому. Предатор распахнул двери зала, охрана расступилась, отдав салют.
— Закройте двери.
Август был очень серьёзен. Советник прикрыл огромные створки, покрытые искусной резьбой и приблизился, всем своим видом выражая внимание. Военачальник сделал шаг ему навстречу, оказавшись совсем рядом.
— Император убит.
Советник на мгновение перестал дышать.
— Рангор сделал свой ход.
— Да.
— Что вы собираетесь делать?
— Уничтожить их.
— Вы же понимаете, что теперь решение за вами?
— Они не смогут ко мне подобраться, Константин. Я отдал соответствующие распоряжения. Дворец защищен от любой атаки, охрана усилена, везде установлены датчики скрытых взрывных устройств. Они потеряли элемент внезапности, а завтра от Рангора останется радиоактивный пепел и некому будет уронить на меня звездолёт.
— Все готово для объявления. Я могу позвать медиа-группу?
— Да. Покончим с этим. Я отомщу им за Императора.
Август отвернулся от советника и уставился на продолжающие маршировать легионы, желваки на его лице играли, глаза метали молнии. Он хотел действовать, в его груди горел огонь возмездия.
Внезапно Прокуратор понял, что советник все ещё здесь. Он согнул средний палец, но привычного удара рукояти в ладонь не последовало.Август резко обернулся — Константин стоял на прежнем месте, держа в руке голубую змею. Она слегка подрагивала и искрилась, оставляя на мраморном полу неглубокие борозды.

***

Древний Римус совершал второй оборот вокруг одного из двух солнц, завершая цикл длиной в девять стандартных галактических лет. На территории Империи Кратории действовали другие единицы времени, привычные ее властителям. Один цикл Римуса соответствовал одному году на всех покоренных Юлием планетах.
Но теперь отец был мертв. Его отравили, подло отравили газом, подмешанным в ингалятор с тонизирующей смесью.
Глаций Юлий Нактана, единственный сын Великого Победителя сел в постели и потер глаза. Рядом с его ложем сидел Уний.
— С новым днём, мой император. Да не будет он скорбным.
— С новым днём, Уний. Не называйте меня императором, мне ещё не вручили плеть власти.
— Император умер, да здравствует император. Это неизбежно.
— Отец не умер, Уний, его убили.
— Да, мой мальчик.
Старик протянул ему конверт из серой бумаги, запечатанный сургучом.
— Это лежало на вашем ложе, когда я пришёл.
Глаций взял конверт и осмотрел печать.
— Что это за язык?
— Фийский. Язык Рангора.
— Рангор?
— Ваш отец объявил им войну вчера утром. Дальний рукав Великой туманности. Планета Металла. Два государства — Корсанта, сдалась на милость вашего отца, и Рангор. Ему так и не успели объявить войну.
— Я припоминаю…
— Да, ваше величество. Вчера потрясение помутило ваш разум, но все же ничто не ускользнуло от вашего внимания. На Металле был жестоко убит прокуратор Август собственной плетью власти.
Молодой человек нахмурился и уверенным движением вскрыл конверт. Внутри лежал сложенный лист бумаги. Он достал его и развернул, не смотря на предупреждающее движение Уния. Лишь три слова было написано на межгалактическом наречии — «Глацию Юлию Нактана».
Он провёл по буквам рукой и воздух над кроватью поплыл, подернулся дымкой и приобрёл очертания. В огромном пустом зале стоял человек в серой мантии с малиновой лентой советника, у его ног лежал разрубленный пополам прокуратор Август Непреклонный. Человек открыл рот и до Глация донестись его слова:
— Приветствую тебя, сын Юлия, правившего империей Кратории. Я говорю от имени Рангора.
Он поправил мантию и продолжил:
— Твой отец объявил нам войну и погиб. Твой прокуратор объявил нам войну и погиб. Через несколько часов тебе вручат плеть власти и ты станешь императором, а значит, воля Юлия будет исполнена от твоего имени. Мы не воюем с государствами, государства — это обычные люди, они не принимают решений. Мы воюем только с правителями. Если первым твоим решением станет прекращение войны с Рангором, мы не станем нападать на тебя, Глаций Юлий Нактана. Решение за тобой.
Изображение пропало, воздух снова стал прозрачен. Мальчик посмотрел на наставника.
— Они не могли убить Императора. Мы ведём войну на тридцати четырёх фронтах, это мог быть любой другой, более сильный противник, Гораты или Пальмейское кольцо, или недобитые Перлатийцы, но эта… это даже не планета, это участок суши на никому не известном куске тверди в… как называется их светило?
Уний посмотрел на него необычайно серьезно. Такого взгляда мальчик ещё ни разу у него не замечал.
— Их светило называется Рангор. Они были первыми в той системе и именно они дали звезде название. Рангору больше двух тысяч лет.
— Двух тысяч? Невозможно. Ни одна империя столько не существовала. Я бы о них знал, будь оно так.
— Я рассказывал вам о Рангоре, мой мальчик. Вы тогда сказали, что это очередная легенда из дебрей космоса.
Глаций задумался.
— Припоминаю. Но даже если так, неужели они думают, что я оставлю их в покое, после того, что они сделали!?
— Они не знают этого и не думают об этом. Мой император, вы не понимаете. Они просто убьют вас, как бы вы не защищались. И войны не будет.
— Мой преемник отомстит за меня! Империя бессмертна, мой дядя Катанус взойдёт на трон в случае моей гибели…
— И его тоже убьют, если он не оставит Рангор в покое. И я не смогу помочь вам, мой император. Вы сами должны решить, каким будет ваш первый приказ. Они не воюют с империями. Они воюют с императорами. Вы готовы выйти на такую арену?
Молодой правитель встал, вышел на балюстраду и долго смотрел на огромные серебристые силуэты галактических эсминцев, висящих в стратосфере. На каждом из них находилось десять миллионов легионеров, в любой момент готовых вступить в бой с врагами империи. На каждом из них были ядерные пушки и нейтронные торпеды, флотилии десантных челноков, истребителей и перехватчиков. Он повернулся к Унию.
— Несите бланк императорского указа. Мы выводим войска с Металлы.

avatar
  Подписаться  
Уведомление о