Глоссарий Призрачного Замка

Люди бежали по мокрой мостовой, торопясь спрятаться от дождя. У Янны не было причин спешить — широкий зонт надёжно защищал ее длинный серый плащ от непогоды. Она спокойным размеренным шагом добралась до входа в офис BND, ловко перепрыгнув через лужу возле ступеней широкой лестницы. Пройдя сквозь рамку металлодетектора возле входа, Янна выложила на стол удостоверение, дождалась, когда молодой сотрудник службы национальной безопасности Германии свериться с базой данных и вошла внутрь.
Ее уже ждали. Она слышала, что профессор Герлинг чрезвычайно обходителен с дамами, но не ожидала, что он лично спустится в фойе, чтобы ее встретить. Янна улыбнулась ему немного суховато, но не потому, что ей не нравилось подобное внимание — просто иначе она не умела.
Герлинг взял у нее из рук толстый кожаный портфель и отряхнул с него капли воды.
— Прошу простить нашу погоду. Вы не сильно промокли?
Женщина отрицательно помотала головой. Он добавил:
— Идите за мной. Я позволил себе приготовить для вас чашку кофе, вы же любите чистый мокко, все верно?
Янна улыбнулась немного теплее. Этот старикан и вправду умел произвести впечатление на даму.
— Вы читали мое досье?
— Конечно, читал. У вас очень интересный психологический профиль, должен заметить. Сейчас налево, прошу. Но не будем в это углубляться. Уверен, ваше время расписано на месяц вперёд. Я приготовил все, что у меня есть на Ганса Бремера.
Профессор открыл двери в свой кабинет и, пропустив Янну вперед, запер их изнутри. Она повесила на крючок зонтик и пальто, села в предложенное кресло и сделала глоток из прелестной чашечки, которую протянул ей Герлинг. Он устроился за большим рабочим столом и раскрыл внушительного вида папку, перетянутую белой холщевой лентой.
— Итак, Ганс Бремер. Спрашивайте.
Янна кивнула.
— Отличный кофе, Маркус. Я очень признательна, что вы заботитесь о моем времени, однако давайте не будем торопиться. Я хочу послушать, что вы сами думаете обо всей этой истории.
Герлинг откинулся в кресле и достал из ящика стола красивую трубку из красного дерева.
— Вы не против?
— Сколько угодно.
Он некоторое время молчал, возясь с табаком и спичками. Наконец, выпустив ароматное облако дыма, профессор сказал:
— Я мало осведомлен о подробностях всего дела. Меня допустили к документам расследования убийства в баре Маргарита, а также к двойному убийству на Майнер-штрассе. Однако у меня сложилось впечатление, что это только верхушка, так сказать, айсберга. Я понимаю, что это строго конфиденциально, но скажите, полковник Штейнгауэр, ведь прав?
— Правы, господин профессор.
Он снова затянулся, почесал мундштуком кончик носа и начал.

***

Я, знаете ли, очень уважаю таких полицейских, как Ганс. Он прошел через сербскую резню, видел такое, от чего многие потом всю жизнь приходят в себя. Но не Бремер. На этих стариках держится мир, Янна. Вы не хуже меня знаете его послужной список: у Ганса прекрасная раскрываемость, и при этом он никогда не стремился сделать карьеру, хотя мог. Когда вы вызвали меня на допрос, я даже удивился — что мог забыть в нашем департаменте такой человек. Это все из-за того врача, Гектора Хронвека, я уверен. Да ладно.
Первая беседа у нас прошла довольно гладко, инспектор рассказал о ходе расследования и его результатах. Я задал вопрос, с какой целью Ганс связывался с агентом контразведки, но он вообще никак не отреагировал. Меня предупредили, что нет никаких оснований для его задержания, и что у меня не так много времени, однако следующую беседу я перенес на утро. У нас в психиатрии свои уловки, знаете ли.
Вы, должно быть, обратили внимание, что я довольно легко располагаю к себе людей. Так вышло и с инспектором. Переночевав в камере, он был рад пообщаться с ровесником. Сначала Бремер рассказывал мне о своей жизни в Мюнхене, о том, что в последнее время стал терять ее смысл. Я поддержал его, это дало хороший результат — Ганс раскрылся. Следующие восемь часов были самыми удивительными в моей карьере психолога. Да что там, это был самый удивительный день в моей жизни.

***

Янна допила кофе и поставила пустую чашечку на стол.
— А я думала, профессора Герлинга удивить невозможно.
— Теперь — да.
— Что же он вам такого наплел?
Маркус пошелестел бумагами и извлёк на свет какую-то картинку.
— Бремер недурно рисует. Полюбуйтесь.
Штейнгауэр взяла листок. Сначала она даже не поняла, где у рисунка низ, однако через пару секунд разобралась и перевернула изображение.
— Что это?
Профессор с довольным видом потёр руки.
— Я должен взять с вас устное согласие о том, что вы осознаёте, что имеете дело с медицинской информацией и гарантируете должное с ней обращение.
— Само собой, доктор. Все это исключительно в интересах национальной безопасности и будет предано огласке в самом крайнем случае.
Он подождал, пока она как следует изучит картинку.
— Есть идеи?
Янна помотала головой.
— Это похоже на сон. Все будто в тумане, какие-то обрывки, видения…
Он называет это Планом Пути. Не спрашивайте, я сам толком не понял. Что-то вроде другой реальности, которой можно пользоваться для молниеносных перемещений.
— Значит, герр Бремер все-таки, сумасшедший.
Профессор с сомнением покачал головой.
— У сумасшедших непременно имеются навязчивые идеи, а у инспектора я их не обнаружил. Он не пытался со мной спорить или что-то доказывать, ему было всё равно, верю я или нет.
Янна вопросительно подняла бровь. Маркус объяснил:
— Если я вам сейчас скажу, что полтора года назад вы были пьяны и переспали со мной, что вы почувствуете?
Штейнгауэр пожала плечами.
— Я не пью.
— Вы уверены в своей реальности, а сумасшедшие в ней сомневаются, на уровне подсознания. И, чтобы сохранить личность, готовы на что угодно, лишь бы не признаваться себе в том, что проблема в них самих. Бремер был уверен в том, что рассказывал.
Женщина усмехнулась.
— А вы уверены в том, что говорите?
Герлинг выбил пепел из трубки.
— Мой подход исключает такие крайности, как уверенность, я всегда должен делать допущения. Я не штатный психолог, моя задача — искать то, что ещё не найдено. Но в случае с Гансом Бремером я сомневаюсь не в его здравом уме. Я сомневаюсь в том, что мы все до конца понимаем. Вы должны со мной согласиться, Янна, вы тоже не имеете права слепо верить — на ваших плечах безопасность страны. А я к тому же занимаюсь наукой. Сомнения порождают размышления, а те ведут к открытиям.
Женщина расстегнула портфель и достала из него тонкую папку.
— Посмотрите.
Герлинг вынул фотографии и некоторое время их разглядывал.
— Я думал, все записи были уничтожены.
— Не все. Эту камеру не смогли заменить на более новую модель. Она работает в автономном режиме и пишет данные на диск в собственном корпусе.
— Потрясающе. И это не монтаж?
— Нет. Мы проверяли.
На снимках человек в плаще с капюшоном вскрывал толстую дверь камеры с помощью дуги плазмы, которая брала начало у него на пальцах.
— А где остальные фотографии?
— Он уничтожил камеру, как только заметил. Именно поэтому мы смогли извлечь информацию — взрыв повредил провода связи, и устройство оказалось изолировано во время кибер-атаки на сервер BND.
Профессор упер локти в стол, сплел пальцы вместе и опустил на них подбородок. Янна ждала, пока он закончит переваривать новые сведения. Маркус вздохнул и ответил:
— Возможно, я не ошибаюсь насчёт душевного здоровья Бремера. Но если его слова — правда, значит, мы занимаемся совсем не тем, чем должны заниматься для обеспечения национальной безопасности.
Герлинг стал рыться в столе. Достав блокнот с толстой кожаной обложкой, он толкнул его в сторону Янны.
— Возьмите, Штейнгауэр. Я назвал его «Глоссарий Призрачного Замка». Не волнуйтесь, у меня есть копия.
— Что это?
Маркус отмахнулся.
— Мои записи бесед с инспектором, то, что удалось вспомнить. Люди, которых не может быть. Места, которых нет на карте. Вещи, которые никогда не существовали. Прочитайте его и поймёте — Гансу Бремеру можно или верить безоговорочно, или признать его совершенно сумасшедшим. Третьего не дано.
Янна взяла в руки тетрадь и раскрыла ее где-то посередине, прочитав вслух:
— Плаймана. Уничтоженный Хашат мир, на девяносто пять процентов покрытый водой. Его населяли существа, лишенные рук. Их ценностями были общение и радость жизни. Со слов инспектора Бремера: «Народ Чи-ктью удалось спасти. Любой житель Земли о них слышал».
Профессор кивнул.
— Думайте что хотите. Я повторюсь, Бремер не из тех, кто будет спорить или что-то доказывать. Когда я спросил его, что это за народ — Чи-ктью, он только улыбнулся и посоветовал мне отдохнуть на морском побережье.
Штейнгауэр поблагодарила Герлинга, пообещав вернуть глоссарий в целости и сохранности. Возвращаясь в свой офис, она сидела у окна автобуса и скользила глазами по страницам, чувствуя, что уверенность старого полицейского, о которой твердил главный психоаналитик BND, имеет свойство быть заразной. Женщина закрыла блокнот.
Ганс Бремер, которого пытались задержать для прояснения обстоятельств по делу Гектора Хронвека в связи с целым рядом странных происшествий, исчез из камеры, не оставив почти никаких следов. За старым инспектором числилась не доказанная продажа радиоактивных изотопов сверхтяжелых элементов, перевод денег на сумму, превышающую тридцать миллионов евро, он подозревался в причастности к похищению сошедшего с ума Российского олигарха и в укрывательстве инициировавшего собственную смерть врача Гектора Хронвека. При этом Бремер был чист, отчаянная попытка задержать его для допроса привела к ещё большим проблемам, когда инспектор исчез, оставив прожженную в двери камеры дыру и записку, что с ним все в порядке. Янна снова открыла глоссарий и прочитала:
Ожерелье Пальмеи. Древний союз планет, образующих кольцо параллельно-пространственным вращения вокруг Оси — звёзды Майрониды. Изначально насчитывало несколько десятков миров, точное число утеряно в глубоком прошлом. Сейчас Ожерелье представлено всего тремя планетами, одной из которых является Земля. Миры Ожерелья связаны Призрачным Замком, который скользит по ним, меняя фазы смещения. Со слов инспектора Бремера: «Мы все — часть величайшего союза, от которого почти ничего не осталось. Мы терпим поражение от врага, сути которого не понимаем, и даже не знаем об этом».

 

***

Глоссарий Призрачного Замка
Заметки профессора Герлинга
2020 год

Здесь я перечисляю все, что мне удалось запомнить из долгих бесед с инспектором Гансом Бремером. К сожалению, видеозаписи допросов утеряны, поэтому я могу надеяться только лишь на собственную память, которая, к счастью, редко меня подводит. Итак…

Гектор Хронвек.
Родился в России, проживал до недавнего времени в Германии. Образование — врач. Официально считается погибшим в автокатастрофе в Альпах. Является Хранителем Призрачного замка. Владеет властью над Планами Пути, Материи и Энергий. Мастер магии призыва Рогатых Демонов. Находится в статусе ученика, проходя стажировку в цитадели Хранителей. Безжалостен с врагами, однако не лишен чувства сострадания к поверженному противнику. Старается всегда видеть в людях хорошее.
Со слов инспектора Бремера:
“Иногда жертва превращается в охотника, особенно если жертву зовут Гектор Хронвек”.

Призрачный Замок.
Этого места не существует с точки зрения общепринятого понимания физики. Однако он есть, не сомневайтесь. Он есть, и он движется, но не в пространстве, а между ним. Он смещается параллельно трехмерной системе координат, перемещаясь между мирами древнего гибнущего содружества, которое проигрывает тысячелетнюю битву с врагом, которому нет сравнения.
Замок населен. В нем живут, постепенно забывая свое прошлое, разные существа, о которых я не буду здесь писать.
У Призрачного Замка множество секретов, и главный секрет заключается в том, что Призрачный Замок — никакой не замок. А что же он такое, вы узнаете, читая цикл рассказов о Гекторе Хронвеке.
Со слов инспектора Бремера:
«Призрачный Замок — удивительное место!»

Дака Кад-Хедарайя или Черная Пантера.
Излеченная от гемоглобиновой зависимости женщина с эбонитовым цветом кожи. Древний ужас пустынь Куртана — государства на юге Миреи, феодального мира, населенного странными существами.
Дака Кад-Хедарайя хранит множество тайн. Дака Кад-Хедарайя жестока и цинична, темпераментна, прекрасна и опасна, как сабля в руках наставника Стурастана.
Со слов инспектора Бремера:
«Дака Кад-Хедарайя? Она бесподобна!»

Инспектор Бремер Ганс.
Полицейский из Мюнхена. Хочет уйти на пенсию, но мешают незаконченные дела. Вел расследование убийства в баре «Маргарита». Старый, опытный сыщик, лишенный иллюзий об окружающем мире. Помогает Гектору Хронвеку советами, которые последний считает просто бесценными. Найдет подход хоть к Рогатому Демону.
С его собственных слов:
«Магия? Демоны? Это вносит в расследование определенные коррективы, однако сути не меняет.»

Угнолл.
Орк из племени Атмотраалов. Изгнан за трусость. Обладает очень острым для орка умом, презирает малодушие и имеет собственное мнение обо всем. Искусный воин и охотник. Любит философские рассуждения.
Со слов инспектора Бремера:
«Гектор Хронвек собирает вокруг себя совершенно удивительных… существ. Сегодня я познакомился с зелёным великаном. Видите, вот он, стоит на верхней площадке Гостевой Башни.»

Монарх.
Это не человек и не организация. Монарх — имя, которое заставляет содрогаться многих сильных мира сего. Он ненавидит Гектора Хронвека и пытается с ним покончить по неизвестным причинам. Монарх — воплощение власти, могущества, жестокости и коварства.
Со слов инспектора Бремера:
«Монарх окутал себя завесой из тайны и страха, однако не стоит забывать, что и он всего лишь человек, который допускает ошибки. Но если я не прав — тогда нам всем крышка.»

Гратагарат.
Рогатый Демон. Герцог внутренней сферы Нижнего Плана. Посол Оси в содружестве Ожерелья Пальмеи.
Со слов инспектора Бремера:
«Гратагарат? О, да, я его видел. Он наследный принц места, которое на Земле, скорее всего, посчитали бы адом».

Зильда Мудрая.
Королева государства Вакарра восточнее Морантаны. Умна, справедлива, не боится встретить врага лицом к лицу. Считает, что нет ничего важнее соблюдения законов. Правит железной рукой. Возглавляла атаку во время битвы во Вратах Хаоса.
Со слов инспектора Бремера:
«Если бы все правители были подобны Зильде, мы жили бы в раю.»

Гиоладаль Сираэль Вьющий ветви.
Король государства восточных эльфов. Не стоит верить ничему, что о нем рассказывают. Даже если этот рассказ вы прочитали в учебнике кафедры эльфийского наследия университета Сарабата.
Со слов инспектора Бремера:
«Я так до конца и не разобрался в этой истории с Гиоладалем.»

Лесополь.
Представитель народца фикси, младший бескрылый брат. Наблюдателен, доверчив, эмоционален. Отлично знает леса вокруг цитадели Хранителей.
Со слов инспектора Бремера:
«Я все никак не мог понять, кто же протаптывает эти крошечные тропинки в зарослях ежевики.»

Фатих.
Раса — нугл.
Должность — старший специалист. Управляет деятельностью нуглов Призрачного Замка. Проживает в галереях нуглов.
Со слов инспектора Бремера:
«Это нуглы. Они следят за порядком.»

Мутарх.
Раса — нугл. Должность — отсутствует. Смотритель тринадцатой башни Призрачного Замка. Очень старый нугл.
Со слов инспектора Бремера:
«Хронвек говорит, что Мутарх никогда не поднимается наверх из своей башни. Как бы странно это ни звучало.»

Семён Крыцало.
Барон в землях, граничащих с лесами Призрачного Замка. Жаден, расточителен, недальновиден. Убит в собственной спальне Рогатым Демоном Ужасом.
Со слов инспектора Бремера:
«Я слышал, предыдущего барона черти забрали. Или дьяволы. Местные в одном сходятся — он был исключительной скотиной.»

Джон Раттлер.
Человек, который создал Кольцо Пальмеи. Никто не знает, откуда и зачем он его взял. Наверняка оттуда же, откуда все остальное.
Со слов инспектора Бремера:
«Иногда мне начинает казаться, что я персонаж какого-то научно-фантастического романа.»

Зунтр.
Мертвый, безжизненный мир, покрытый песком. Он не всегда был таким, его убили люди, жившие в Зунтре тысячи лет назад.
Но песчаное море по-прежнему опасно — оно таит в своих глубинах эхо страшной войны, погубившей великую цивилизацию.
Со слов инспектора Бремера:
«Даже самый маленький пистолет династии Крато может разрушить половину башни… Я начинаю понимать, почему Зунтр — мертвая планета.»

Авель.
Вор из Морантаны. Имеет интересную особенность совершенно не бросаться в глаза. Скрытен, недоверчив. Живёт по своим собственным законам, которые, однако, никогда не преступает.
Со слов инспектора Бремера:
«Я подумал, мальчишку нужно привлечь к нашему расследованию. У воров острый глаз.»

Морантана.
Столица одноименного государства — самого сильного из восточных королевств Миреи. Морантана является сосредоточением науки, поскольку именно тут расположен Свод Диосии — крупнейшая школа магического искусства.
Со слов инспектора Бремера:
«Морантана. Теперь, кажется, я видел все, о чем может мечтать смертный. При наличии хорошей фантазии».

Земли баронов.
Южная Морантана — независимый регион с выраженным феодальным подчинением. Земли баронов граничат с лесами Призрачного Замка, что приводит к редким конфликтам с их обитателями. Крестьяне тут гонят отменный коньяк и выращивают богатые урожаи. Баронские замки находятся в состоянии шаткого мира друг с другом, но в целом этот край — один из самых богатых в восточных королевствах.
Со слов инспектора Бремера:
«Я знаю, где буду жить, когда уйду на пенсию.»

Гунгуаны.
Полуразумные хищные существа, обитающие на островах южного моря. Обладают способностью сковывать страхом свою жертву, в результате чего она не может двигаться, после чего пожирают ее живьём. Гунгуаны — самые опасные существа Миреи.
Со слов инспектора Бремера:
«Господи, какая же мерзость!»

Стурастан.
Наставник Хранителя цитадели. Унаследовал должность от своего отца, как старший из сыновей. Наставники Призрачного Замка прекрасные фехтовальщики, но магия подвластна им только внутри стен крепости. Стурастан ворчлив, зануден, дотошен и терпелив. Учитель Хронвека небольшого роста, как и все мужчины его рода. Никогда не расстается со своим табуретом.
Со слов инспектора Бремера:
«Кажется, расследование зашло в тупик. Пора звать Стурастана.»

Мирея.
Удивительный мир, пребывающий в вечно феодальном и загадочном состоянии. Здесь Эфир так мягок, а Планы так податливы, что словом «маг» никого не удивить. Технологии других миров в ней не работают, а своя наука ушла не так далеко, как на Земле. Видовое разнообразие разумных существ здесь значительно выше, а природа богаче и способна удивлять бесконечно. Это леса, пульсирующие жизнью, это пустыни, таящие в своих песках затерянные храмы, в которых обитают древние существа, наводящие ужас на караваны, везущие жёлтый камень из Чизурии в Куртан. Это замки баронов, равнины Великой Ладони, на которой живут орды Великого Кочевника, это чарующая Морантана и Свод Диосии — школа магии восточных королевств.
Можно бесконечно рассказывать о Мирее, но лучше один раз в ней оказаться.
Со слов инспектора Бремера:
«К сожалению, я слишком стар, чтобы успеть побывать во всех уголках этого невероятного мира.»

Хашат.
Есть большое зло, есть малое зло. Есть относительное зло и абсолютное.
А ещё есть Хашат. Оно не знает, что такое зло. Оно бессмертно, непобедимо, ненасытно и неотвратимо. Зло по сравнению с Хашат — всего лишь жалкие попытки разумных существ описать словами то, чего они боятся.
Хашат — это конец всего.
Со слов инспектора Бремера:
«Предлагаю поговорить о чем-нибудь другом, пока у меня совсем не пропал аппетит.»

Сандаал.
Герцог внешней сферы Майрониды. Повелитель огненного моря и непокорных Рогатых Демонов Нижнего Плана. Его уходящие в небо огненные фонтаны могут по своей красоте сравниться только с ледяными башнями дворца Гратагарата, которого Сандаал презирает всеми фибрами своей пылающей души.
Со слов инспектора Бремера:
«Даже не знаю, кто из них страшнее…»

Свод Диосии.
Здесь готовят магов. Их называют Диосийцами и это очень почетное звание, ведь Свод — это лучшая школа Миреи. Диосийцев можно встретить повсюду, от вулканов Чизурии до заснеженных северных земель. Свод Диосии неофициально правит всей Морантаной, круг магов влияет на политику всего востока.
Со слов инспектора Бремера:
«Какая красота… И пахнет приятно. Не понимаю, почему все диосийцы такие засранцы. Наверняка, все дело в ректоре.»

Макс.
Он же — Тридцать Четвертый, он же Игрок. Человек, не задающий вопросов. Макс — агент на службе частной корпорации, которая занимается заказными убийствами, похищениями, шантажом и запугиванием. Все, что угодно за ваши деньги.
Холоден, расчетлив, не боится смерти. У Макса талант находить жертву быстро и незаметно. Очень сложно разглядеть в этом человеке что-то кроме силы и целеустремлённости.
Со слов инспектора Бремера:
«Я бы на месте Хранителя и дальше держал вас в клетке, Макс. Но я не на его месте и возможно, это неспроста».

Сула.
Столица государства Вакарра. В Суле находится дворец королевы Зильды Мудрой, а ещё в городе невозможно использовать сложную магию — колдовать мешают помехи, исходящие из-под площади Коптильщиков.
Сула — самый демократичный город Миреи.
Со слов инспектора Бремера:
«Это место — как Бругге во время карнавала. Только там не выбрасывают из окон содержимое ночных горшков.»

Мон-Домайн Золотой.
Король государства Гарнада. Не любит открытого противостояния, ведёт политическую игру с помощью довольно сильной тайной службы. Находится в состоянии необъявленной войны с Зильдой Мудрой после отказа сразиться с ней на дуэли. Не имеет наследников, несмотря на усилия медиков Свода Диосии.
Со слов инспектора Бремера:
«А на портрете он очень даже ничего. Его придворный художник, должно быть, редкостный подхалим.»

Врата Хаоса.
Проход в горной гряде, ведущий на пустоши Великой Ладони.
«Давным-давно была великая битва. В ней сошлись кочевники Восточной равнины и союзные войска людей и лесного народа, но не было бы шансов у них перед ордами дикарей, если бы не Мастер Нитей. Он пришел и поверг врага, и кости бургов, кадаргов и орков до сих пор белеют на покрытых лишайником камнях во Вратах Хаоса.»
Выдержка из учебника истории университета Сарабата.
Со слов инспектора Бремера:
«Какое жуткое место!»

Худу.
Проклятье Худу — отвратительное заклинание, погубившее мир Саноо. Порожденные Худу существа готовы на все ради чужой крови, и лишь единицы способны сохранить остатки личности под его действием. Его изобрел безумный маг Рандагар Разрушитель, хотя теперь никто не знает, как было на самом деле.
Со слов инспектора Бремера:
«Я думал, что фашизм — это вершина жестокости и цинизма. Однако есть вещи гораздо страшнее».

Турхаднаагрэ.
Все, к чему прикасается Хашат, становится мертвым. Турхаднаагрэ не человек и не мертвец — это голос, шелестящий в голове, это зовущий запах гниения, сочащийся из под могильной плиты. Она пьет кровь мертвого мира, чтобы продолжать свое противоестественное существование.
Со слов инспектора Бремера:
«Следующий раз перед тем, как вы полезете в логово подобной твари, запустите туда ядерную боеголовку. А лучше две».

План Энергий.
Альтернативная реальность, в которой не действует закон сохранения энергии. Это вечно бушующее море огня и электрических разрядов, бурлящее под действием сходящей с ума гравитации. Это бьющий во все стороны свет и неконтролируемая мощь, подчинить которую под силу только умелому заклинателю.
Со слов инспектора Бремера:
«Могу я попросить у вас прикурить, Гектор? О, Господи, осторожнее!!! Надо будет подарить вам зажигалку».

Пылевые облака Майрониды.
Рогатые Демоны не могут умереть. Они всегда возрождаются в пылевых облаках Майрониды.
Со слов инспектора Бремера:
«Так вот почему они все такие безбашенные.»

Ковчег Ожерелья Пальмеи.
«Если когда-нибудь один из миров утратит населяющих его обитателей, если разум победит сам себя, сгорев в термоядерном пламени, пройдет время, которое все лечит, и раскроются пирамиды смотрителей, и выпустят в мертвый мир сохранённую в их стенах жизнь». Так говорит Тарангон, которому пять тысяч лет.
Со слов инспектора Бремера:
«На Земле тоже есть такая. Говорят, она стоит где-то в глубинах Китая».

Тарангон.
Смотрителю ковчега в Зунтре больше пяти тысяч лет, но этот старик всё ещё способен убить любого, кто покусится на его пирамиду. Он не умеет промахиваться.
Со слов инспектора Бремера:
«Со стороны может показаться, что Тарангон слегка тронулся умом, но это не так. Просто он старше любого из нас в сотню раз».

Консурат.
Если вы думаете, что у Рогатых Демонов нет лошадей, то вы правы. У них есть Консураты.
Со слов инспектора Бремера:
«Он точно не кусается?»

Рандагар Разрушитель.
Безумный маг, погубивший мир Саноо. Рандагар выпустил в него проклятье Худу — совершенно бесчеловечную магию, превращающую живых существ в алчущих крови чудовищ. Пораженные им люди обречены на безумие в кровавом аду.
Рандагар Разрушитель — один из предвестников Хашат.
Со слов инспектора Бремера:
«Он уничтожил собственный мир. Это, должно быть, наивысшая степень безумия».

План Пути.
Альтернативная реальность, в которой нет понятия расстояния. Здесь все близко и далеко одновременно, и можно попасть из одного места в другое за считанные секунды.
Главное — не перепутать в зыбком тумане Плана Пути место назначения со своими тайными страхами. Они могут погубить вас в самом прямом, физическом смысле.
Со слов инспектора Бремера:
«Это называется План Пути. Большего сказать не могу».

Саноо.
Мир, в который пришло Хашат. Когда-то он был удивительным лесным раем, населенным не менее удивительными существами. Саноо — родина Даки Кад-Хедарайи.
Со слов инспектора Бремера:
«Иногда у нее такой взгляд, что у меня сердце разрывается».

Ожерелье Пальмеи.
Древний союз миров, образующих кольцо параллельно-пространственным вращения вокруг Оси — звёзды Майрониды. Изначально насчитывало несколько десятков миров, точное число утеряно в глубоком прошлом. Сейчас Ожерелье представлено всего тремя планетами, одной из которых является Земля. Миры Ожерелья связаны Призрачным Замком, который скользит по ним, меняя фазы смещения.
Со слов инспектора Бремера:
«Мы все — часть величайшего союза, от которого почти ничего не осталось. Мы терпим поражение от врага, сути которого не понимаем, и даже не знаем об этом».

Плаймана.
Уничтоженный Хашат мир, на девяносто пять процентов покрытый водой. Его населяли существа, лишенные рук. Их ценностями были общение и радость жизни.
Со слов инспектора Бремера:
«Народ Чи-ктью удалось спасти. Любой житель Земли о них слышал».

Фаза смещения.
Момент, в который Призрачный Замок меняет полярность, перемещаясь в следующий мир Ожерелья Пальмеи.
Со слов инспектора Бремера:
«В это время все должны собраться в нижнем зале Центральной башни. Оставшиеся за бортом не увидят цитадели долгие полгода».

План Материи.
Альтернативная реальность, не имеющая четкой структуры. Она подчиняется воле и желаниям наблюдателя, который может извлечь из Плана Материи все, что только пожелает. Есть только одна сложность — желания исполняются без ограничений.
Со слов инспектора Бремера:
«Многие пропали без следа в Плане Материи, следуя за своими прихотями, которые он облек плотью. Если ваши мечты материальны, это место вас погубит».

Куртан.
Государство на юге Миреи, граничит с Морантаной. Это преимущественно песчаная пустыня, которая простирается до вулканов Чизурии, с которой Куртан соприкасается южной границей. Столица Куртана — город Физема. Население — Курты, кочевники и торговцы. На западе государства существует небольшая зона плодородного земледелия, в которой производится множество удивительных товаров.
Со слов инспектора Бремера:
“Никогда не был в Куртане. Хронвек говорит, что там очень жарко. А Даку Кад-Хедарайю курты боятся сильнее дьявола.

Физема.
Город тысячи башен. Столица Куртана, рубин южной Миреи. Это огромные рынки, на которых можно купить все, что угодно, это огромные дворцы и высокие виадуки, это прекрасные смуглокожие женщины и тонкие шелка палантинов.
Со слов Инспектора Бремера:
“Говорят, что даже Морантана не сравнится с Физемой. Как съезжу туда — расскажу, что же в ней такого”.

Закрывающий камень.
План Пути не открывается вблизи желтых Закрывающих камней.
Со слов инспектора Бремера:
“Поэтому они и закрывающие”.

Сонный дымчатый кристалл.
Их скупают маги свода Диосии по всей Мирее. Это эффективный и конфиденциальный способ связи с другими членами круга, поэтому кристаллы очень ценятся.
Со слов инспектора Бремера:
“Конечно, мобильная связь значительно удобнее”.

Майронида.
Центр параллельно-пространственного вращения Ожерелья Пальмеи, или Ось. Полая звезда с огненной аурой термоядерного синтеза и бесконечно холодным ядром, между которыми находится прослойка суши, населенная рогатыми существами.
Со слов инспектора Бремера:
“Хотите побольше узнать о Майрониде — спросите Гратагарата. Только смотрите, не обделайтесь”.

Рогатые демоны.
Ужасные монстры, которые просто обожают убивать разумных существ.
Со слов инспектора Бремера:
“Если вы видите Рогатого демона, и рядом с вами нет Гектора Хронвека — быстро начинайте молиться перед смертью. У вас будет на это очень мало времени”.

Юкт.
Говорят, что маг без магии, как картежник без карт. Юкт — лучшее тому подтверждение. Он должен был вернуться в Мирею после выполнения задания, но решил остаться, несмотря на то, что на Земле не мог даже развести огонь в очаге без спичек.
Со слов инспектора Бремера:
“Этот парень жил у вас под носом целых семь лет. Тоже мне, служба национальной безопасности”.

Виктор.
Существует тайная организация под названием Агенство. Все ее сотрудники имеют порядковый номер вместо имени — для обеспечения конспирации. Порядковый номер Виктора — один.
Со слов инспектора Бремера:
“Вы никогда не пробовали представить себе, как выглядели гусары времен Наполеона? Я имею ввиду не мундир, нет. Виктор — натуральный гусар, я уверен”.

Агентство.
Частная международная организация, которая занимается заказными убийствами, подлогами, запугиванием и шантажом. Оперативные сотрудники Агентства называют себя игроками и имеют порядковые номера вместо имен и кличек.
Со слов инспектора Бремера:
“Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам”.

Эфир.
Субстанция, способная резонировать. Результатом резонанса является эфирная магия, временно изменяющая свойства предметов и организмов.
Со слов инспектора Бремера:
“Могу сказать только одно — у всех эфирных заклинаний отвратительные побочные эффекты”.

Эфирные существа.
В эфире обитают разные бестелесные создания, с которыми можно общаться, если научиться его чувствовать.
Со слов инспектора Бремера:
“Они живут в земле, воде и воздухе. У каждого большого дерева есть свой квартирант, вот только мы не видим дальше собственного носа”.

Виторо Бламель.
Король государства Оргейн к северу от Вакарры. Бламель старый скептик, который не любит реформ. При нем Оргейн переживает застой, не приводящий к значительному росту уровня жизни населения — коррупция и разгильдяйство на местах, плюс набеги орков сводят на нет эффект стабильного правления. У Виторо четверо сыновей и две дочери, что предрекает нелегкую судьбу его королевству после смерти правителя.
Со слов инспектора Бремера:
“Хронвек говорит, что Бламель — обыкновенный мужлан, которому угораздило стать королем”.

Подписаться
Уведомление о
guest
0 Комментарий
Inline Feedbacks
View all comments